aA
В прошлом году Александр Лукашенко грозился обескровить Клайпедский порт, лишив Литву транзитных потоков. Частично это обещание было выполнено – большую часть белорусских нефтепродуктов перенаправили на порты Латвии и России, однако их доля в общей перевалке в Клайпеде была не так велика. Свыше 70 процентов всех грузов из Беларуси до оттока наливных продуктов приходилось на удобрения.
Обоюдоострый кризис и цена санкций: какие потери грозят Литве и Беларуси?
© DELFI / Orestas Gurevičius

Если раньше Минск частенько стращал страны Балтии разговорами об остановке транзита, то сегодня все переменилось. После инцидента с самолетом Ryanair и арестом оппозиционного журналиста Романа Протасевича уже не Беларусь, а Европа и США угрожают белорусам заблокировать экспорт, и Литва в этих процессах может сыграть важную роль.

Мельницы стран Запада мелют медленно, но неумолимо?

Секторальные санкции – то, чего действующее руководство и госкомпании Беларуси боятся больше всего. С такой позицией выступает белорусский экономист Ярослав Романчук. По его словам, если страны Запада перекроют экспорт калия, нефтепродуктов, удобрения, химических товаров, древесины и цемента, а такие варианты рассматриваются, экономика окажется под сильнейшим ударом. Потери составят от 15 до 20 процентов ВВП.

"Для нашей экономики это будет сродни тому падению, что мы испытали после развала Советского Союза. Это мощнейший удар под дых. Не спасет ничего из того, что мы сегодня имеем", - считает он.

Торговля нефтепродуктами – одно из важнейших направлений внешней торговли Беларуси. В 2020 году, например, на экспорт было поставлено товаров на сумму около 2 747 974,6 млн долларов, а в 2019-м – на 5 200 977,6 млн. География поставок – широкая, но более половины экспорта приходится на страны вне СНГ. На Европейский союз (ЕС) – около 2 млн тонн нефтепродуктов. За счет этого бюджет Республики Беларусь (РБ) в прошлом году пополнился почти на 596 тысяч долларов США, в 2019-м – на 915 тысяч.

Другой стратегический товар Беларуси – калийные удобрения, большая часть которых производится на предприятии "Беларуськалий". В 2020 году экспорт этой продукции составил 2 413 000,7 млн долларов. Основные покупатели и рынки сбыта находятся не в Европе, а в Бразилии, Индии, Китае и Индонезии. Означает ли это то, что санкции со стороны ЕС и США в данном случае будут бессильны? Не совсем так. Если речь пойдет о санкциях американского образца, компании, работающие с белорусами за рубежом, ждет соответствующая реакция и пакет ограничительных мер со стороны Вашингтона и Брюсселя. Таким образом, производители удобрений также находятся в зоне риска, в долгосрочной перспективе последствия могут быть более чем серьезными.

Напомним, что на протяжении последних восьми лет именно Клайпеда является главными морскими воротами для калийных удобрений из Беларуси. Из литовского порта этот груз уходит в страны Азии и Южной Америки.

Если Европа и США действительно, а не на уровне деклараций, решатся на широкомасштабный и скоординированный запрет закупок у Беларуси калийных удобрений и любых нефтехимических минеральных продуктов, то без 30 процентов экспорта финансовая система страны будет просто обречена.

Другой вопрос, готова ли поддержать такие радикальные меры сама Литва? На уровне правительства – возможно. Об этом уже обмолвился министр иностранных дел Габриэлюс Ландсбергис. Более того, он заявил, что санкции могут затронуть куда больше отраслей и товаров – не только нефть и химические продукты. Речь идет и о табачных изделиях, и об электроэнергии, и об услугах, и о финансах как таковых. Но все же главный козырь – это перевалка калийных удобрений в Клайпедском порту. До сих пор Лукашенко грозил Литве перенаправить грузопотоки в другие страны, а теперь и сам Вильнюс осторожно намекает, что может нанести превентивный удар, не дожидаясь решения Минска. Однако пострадают от этого все.

К слову, президент Гитанас Науседа крайне скептично отреагировал на предложения закрыть "Беларуськалию" доступ к порту. По его словам, в первую очередь, от такого шага выиграет Россия, и в этих словах есть логика. Российское руководство больше 15 лет стремилось завязать белорусские грузы на собственных гаванях, прежде всего – на Усть-Луге и Петербурге. Сейчас такая возможность есть.

Калийные реки

Развернутые экономические санкции, безусловно, не могут не сказаться на Литве. Весь вопрос заключается в том, какие потери понесет отечественная экономика. На протяжении последних полутора лет звучат разные цифры. Недавно с отдельным прогнозом выступили аналитики Центробанка. По их подсчетам, если ЕС решится запустить блок ограничительных мер против белорусских экспортеров, литовский ВВП в общей совокупности сократится на 0,9 процента. В 2022 – на 0,5 процента, в 2023 – на 0,3 процента, в 2024 – на 0,2 процента.

В комитете Сейма по бюджету и финансам такие потери оцениваются как незначительные – падение будет нивелировано за счет роста экономики в целом. Говоря о цифрах, в 2019 году экспорт из Литвы в Беларусь составил около 1,1 млрд евро, 86 процентов товаров пришлось на так называемый реэкспорт.

Независимые экономисты озвучивают немного иные цифры. Так, главный экономист Swedbank Нериюс Мачюлис утверждает, что доля в казне, имеющая прямое отношение к товаропотокам из Беларуси, занимает всего лишь около 0,03 процента. В то же время, по данным аудиторско-консалтинговой компании Ernst & Young, в 2019 году за счет перевалки белорусских грузов в Клайпедском порту бюджет страны пополнился на 155 млн евро, что составляет примерно 1,4 процента от всех поступлений.

Для транспортной отрасли Литвы сотрудничество с белорусскими предприятиями до сих пор являлось архиважным. К каким потерям приведет сворачивание торговых отношений, в первую очередь, в Клайпедском порту, в АО "Литовские железные дороги" и связанных с ним предприятиями?

Klaipėdos uostas
Klaipėdos uostas
© DELFI / Orestas Gurevičius

По итогам 2020 года в Клайпедском порту обработали около 15,6 млн тонн белорусских грузов – это больше трети (32 процента) годового грузооборота всей гавани. Таким образом, зависимость морских ворот Литвы от РБ налицо.

Упомянутый "Беларуськалий" – стратегический партнер Клайпедского порта. В 2013 году эта компания выкупила треть акций у терминала навалочных грузов Birių krovinių terminalas (БКТ) для обеспечения стабильной и непрерывной перевалки грузов. Более того, в 2020-м глава БКТ Игорь Удовицкий публично заявил о намерениях увеличить пропускную способность терминала. Предприятие планирует завязать на себе не только удобрения "Беларуськалия", но и другого крупного производителя – "Славкалия". Приблизительная стоимость проекта оценивалась в 100 млн евро.

Несмотря на многочисленные разговоры и политический кризис, до сих пор Беларусь не собиралась отказываться от Клайпеды в пользу российских портов на Балтике. Внезапное решение нарушить цепочки поставок обернулось бы огромными потерями для "Беларуськалия", а это, напомним, одна из крупнейших компаний в РБ, которая стабильно пополняет бюджет твердой валютой. В то же время с учетом возможных санкций теперь ничего утверждать нельзя. Европа сама может вытеснить экспорт калийных удобрений из Клайпеды, и тогда белорусам ничего не останется, как перевести их на порты в Ленобласти, но и тут есть загвоздка. Порт Усть-Луга, например, заточен на перевалку темных нефтепродуктов. Эта гавань стремительно развивается, но новый мощный терминал для навалочных грузов, который гипотетически мог бы удовлетворить запросы "Беларуськалия", появится там не раньше 2024 года – его строит компания "Новотранс".

Если экспорт калийных удобрений через Клайпеду будет остановлен, многомиллионные инвестиции государства в портовую инфраструктуру и железные дороги будут утеряны. Помимо прочего, порт потеряет около 17 процентов всех сборов. Литовские железные дороги – свыше 16 процентов всех товаропотоков.

Также не нужно забывать, что терминал БКТ – крупнейшая стивидорная компания не только в Литве, но и в регионе. С ней связано множество дочерних фирм. Лишив ее экспорта, работу могут потерять до 500 сотрудников. К слову, средняя зарплата на предприятии сегодня составляет свыше 4 700 евро. Можно лишь догадываться, какой груз ответственности ляжет на плечи государства, если эти люди лишатся работы.

Под ударом весь порт

Помимо прочего, отказ от перевалки удобрений может поставить ставит крест и на развитии Клайпедского порта как центра распределения контейнеров. Вот уже больше четырех лет терминал Klaipėdos Smeltė ведет переговоры со вторым по величине в мире контейнерным перевозчиком – судоходной компанией Mediterranean Shipping Company (MSC). Город-порт должен был занять прочное место в ротации океанских линий Australia Express и Indian Ocean / East Africa Express, но теперь эти планы, как и будущее предприятия, поставлены под угрозу. В конце концов, справедливо напомнить, что этот терминал изначально создавался для того, чтобы через него в Беларусь поставлялись товары широкого потребления.

Многомиллионные инвестиции в инфраструктуру и развитие южной части порта, работы по углублению судоходного канала и разговоры о строительстве глубоководного аванпорта за пределами Куршского залива также теряют смысл, если Литва начнет сворачивать экономические связи с Беларусью. Из-за отказа сотрудничать в сфере транзита нарушится и маршрут контейнерного поезда "Викинг", который был запущен в 2003 году.

"Порт потеряет гораздо больше, чем только белорусский транзит. Почему-то все комментаторы забывают об украинском и российском транзите, который тоже идет через территорию Беларуси. Наивно полагать, что он сохранится, - пишет Игорь Удовицкий на своей страничке в соцсетях. – Кстати, то же самое произойдет с железнодорожным транзитом в Калининград, который следует в Литву в основном через территорию РБ. Кто-то вообще задумывался о том, что он также может быть потерян? Если не весь, то большая его часть… И, наконец, в третьих. А зачем тогда эта мега-программа реконструкции Клайпедского порта на сотни миллионов евро, если исчезнут грузы, для которых вся эта реконструкция задумывалась? <…> Читая высказывания "экспертов" о том, что, мол, белорусский груз будет замещен другим грузом, предлагаю всем задать себе один простой вопрос: если есть какой-то "другой груз", почему он до сих пор не в Клайпедском порту? Не будем себя обманывать – замены белорусскому транзиту нет", - убежден глава БКТ.

На уровне Сейма угрозы для бюджета и порта, связанные с оттоком белорусским грузов, понимают. 11 июня на выездном заседании парламентского комитета по экономике в Клайпеде его глава Казис Старкявичюс публично заявил следующее: если ЕС примет политическое решение блокировать транзит, Литва должна начать переговоры с Еврокомиссией о компенсации.

"Нужно думать о возможностях компенсировать потерянные грузы – нужно вести переговоры с ЕС и Еврокомиссией о компенсациях, если потоки просядут", - сказал он.

Гендиректор Клайпедского порта Альгис Латакас также признает, что отток белорусских удобрений обернется большой проблемой. По его словам, без помощи извне обойтись будет крайне сложно.

"Это [отток калийных удобрений] оказало бы огромное влияние как на железные дороги, так и на портовые предприятия, которые ориентированы на транзитные грузы. <...> Как государство поддерживало малый бизнес во время карантина, чтобы он целиком не прогорел, поскольку он не мог работать, так и Клайпедскому порту, если мы потеряем белорусские грузы, нужна будет помощь", - откровенно сказал на встрече с депутатами Латакас.

Скованные одной цепью

Беларусь занимает 14 место среди партнеров Литвы по импорту. В 2019 году импорт оттуда составил 782 млн евро – это на 2,3 процента больше, чем годом ранее. Исходя из отчетов Департамента статистики, для литовских участников рынка важна закупка белорусского сырья. Ключевые импортные товары – древесина, минеральное топливо, металлы и удобрения, которые в общей структуре импорта из РБ занимают 25 процентов, 15 процентов, 12 процентов и 11 процентов соответственно.

Если цепочки поставок нарушатся, часть крупных предприятий – Achema, Lifosa, Orlen Lietuva – временно столкнутся с нехваткой необходимого им сырья. Все это опять же скажется и на ситуации в порту.

Не стоит упускать из виду и тот факт, что литовский бизнес также довольно активен на территории соседней страны. Беларусь входит в топ-10 крупнейших зарубежных инвестиционных рынков для литовских предпринимателей. В 2019 году РБ стояла на девятом месте по объему инвестиций Литвы за границей. За всю историю двусторонних отношений в оптовую и розничную торговлю, деревообрабатывающую промышленность, промышленные объекты, профессиональную и научно-техническую деятельность было инвестировано 127 млн евро. За минувшие 15 лет литовские бизнесмены создали тысячи рабочих мест в Беларуси.

На территории республики сегодня работают с десяток предприятий с литовским капиталом, такие как "ДОЮС БелАгроБалтик" - представитель крупнейших мировых производителей сельхозтехники, мебельная фабрика "Мебелайн", деревообрабатывающий комплекс "ВМГ Индустри", строительные гипермаркеты "ОМА", "Кеско", "Сенукай", завод по производству продукции из мяса индейки "Арви", строительная компания "Алвора" и другие. На территории Литвы работает одна из крупнейших в мире компаний по производству оптических и тепловизионных приборов Yukon AOW. Корни этой компании – белорусские. Крупнейший завод этой торговой марки расположен в Лиде.

В свою очередь, в Литве создано сборочное производство тракторов МТЗ и техники "Амкодор" (ЗАО "Амкодор-Балтик"). Функционирует ЗАО "Торговый дом БМЗ-Балтия", ЗАО "Белтайер" (ОАО "Белшина"), ЗАО "Трансхема" (концерн "Белнефтехим"), а также участники товаропроводящей сети – всего около 50 субъектов.

Практически все крупнейшие предприятия и концерны Беларуси работают на литовском рынке, имеют здесь представительства или филиалы. По данным Минфина, компании с участием белорусского капитала входят в топ-500 предприятий, которые платят больше всего налогов в бюджет Литвы.

Одним словом, экономические связи между двумя республиками очень глубоки, поэтому говорить о том, что Литва, мол, легко справится с потерей белорусских товаров и транзита, было бы опрометчиво. Беларусь важна для Литвы, а Литва не менее важна для Беларуси.

Белорусский экспорт в Литву в последние годы доходит до 1 млрд долларов, а литовский экспорт в Беларусь в 2019 году вплотную подошел к отметке в 1,2 млрд евро. О масштабах сотрудничества можно судить и по загруженности железных дорог: за последние 18 лет объемы перевозки грузов увеличились с 5,66 млн до 17,2 млн тонн. Грузопоток увеличился в три раза. Сегодня он составляет добрую четверть корзины всех литовских грузовых железнодорожных перевозок.

Lietuvos gelezinkeliai
Lietuvos gelezinkeliai
© Lietuvos geležinkeliai

Законы экономики сильнее политики?

Безусловно, для внедрения столь масштабных экономических санкций потребуется много времени. Во-первых, такое решение должны принять все 27 стран. Во-вторых, нужно создать соответствующие механизмы и, возможно, новые правовые акты, которых пока нет. Процесс будет длительным, но сегодня впервые, в том числе и на уровне Литвы, об этом заговорили всерьез. До сих пор о разрыве торговых отношений литовское руководство не заикалось. Вильнюс занимал подчеркнуто дружественную позицию по отношению к Беларуси как стране и ее гражданам. Санкции и ограничительные меры были персональными – направленными против конкретных людей, а не промышленного потенциала.

Невзирая на все конфликты за последние 15 лет, а их было немало, в отношениях Литвы и Беларуси всегда была одна сильная сторона – прочные внешнеэкономические связи. Они никогда не прекращались. Страны никогда не впадали в крайности и, при любом охлаждении или угасании политических контактов, продолжали работать.

Когда речь идет о сворачивании торговых связей, не стоит радоваться и гадать, кому будет хуже, последствия ощутят все. С другой стороны, политическое руководство Беларуси само сделало все, чтобы загнать себя в угол, хотя в 2019 году, казалось, что между Беларусью и Западом началась оттепель. Вильнюс тоже пошел навстречу официальному Минску. Сначала прозвучали заявления Гитанаса Науседы о важности вновь начать диалог с Александром Лукашенко, вскоре после этого впервые за последние почти пять лет тогдашний глава МИД Линас Линкявичюс совершил официальный визит в Беларусь и встретился со своим коллегой Владимиром Макеем. Потом – после десятилетнего перерыва – состоялся телефонный разговор президентов Литвы и Беларуси. Незадолго до этого в Минске побывал госсекретарь США Майк Помпео. В этом же году через Клайпеду пошли танкеры с американской нефтью для белорусских НПЗ. Перспективы были очень оптимистичными, а потом наступил август, который перевернул все с ног на голову.

Сегодня отношения стран находятся в тяжелейшем невиданном доселе кризисе. Политические противоречия пустили трещину и в экономике, но есть мнение, что тяжесть потерь можно сгладить иным способом – убытки транспортников компенсируют айтишники. Такую позицию озвучил главный экономист банка Luminor Жигимантас Маурицас.

"Если Литве удастся привлечь из Беларуси 3 000 IT-специалистов, они в полной мере компенсируют все возможные потери из-за замораживания экономических отношений", - пишет он на своей страничке в Facebook, подробно разбирая, каким образом страна может извлечь выгоду из разворачивающихся процессов.

Судить о правдоподобности таких заявлений сложно, но время покажет, был ли экономист прав, однако для того, чтобы это проверить эту теорию, для начала Литве нужно выполнить эту рекомендацию.

Теперь самые свежие новости о Литве можно прочитать и на Телеграм-канале Ru.Delfi.lt! Подписывайтесь оставайтесь в курсе происходящего!

ru.DELFI.lt