aA
Литва отмечает тридцатилетие январских событий 1991 года, и события дней сегодняшних показали, насколько острой остается тема – прежде всего в международном аспекте. Происходившее январской ночью 1991-го – камень преткновения в отношениях Литвы с нынешней Россией, не говоря об оккупации. О январских событиях помнят и литовские суды, приговорившие к тюремному заключению 67 человек (реально сидят двое), и российский Следственный комитет, возбудивший на литовских судей уголовные дела. Об истории литовско-российской поддержки и о нынешней ситуации Delfi.Ru рассказал Борис Вишневский: известный российский политик, журналист, ученый, ныне – депутат Законодательного собрания Петербурга от фракции "Яблоко".
Борис Вишневский
Борис Вишневский
© Natalija Balčiunaitė

– 20 января 1991 года тысячи людей в Москве вышли поддержать Литву и выразить возмущение действиями советских военнослужащих в Вильнюсе. Вы тогда были депутатом райсовета в Ленинграде. Как в Ленинграде восприняли московский митинг и было ли у вас что-то похожее?

– Безусловно. Тринадцатого января на Дворцовой площади был многотысячный митинг в знак солидарности с Литвой. Потом собрали чрезвычайную сессию Ленсовета, где приняли заявления в поддержку Литвы и против попыток задавить ее демократическое национально-освободительное движение. Несколько моих коллег по Ленсовету, в том числе мой друг и коллега по "Яблоку" Юрий Нестеров, который был ещё и депутатом Верховного Совета РСФСР, помчались на машине в Вильнюс. Хотели получить достоверную информацию и рассказать ее в Питере. На мой взгляд, Петербург тогда проявил максимально возможную солидарность с Литвой.

Российский политик: страны Балтии - пример того, как можно жить без советской империи
© AFP / Scanpix

– Что же потом случилось? В 2014 году собирались многотысячные митинги под лозунгом "Крым наш". Как бы вы обозначили эту общественную метаморфозу?

Я не помню многотысячных митингов под названием "Крым наш", если не брать митинги, на которые сгоняли работников бюджетной сферы или студентов. По крайне мере, в Петербурге такого точно не было. Но, безусловно, российское общество значительно изменилось за четверть века. И, к сожалению, во многом не в лучшую сторону. При всех симпатиях, которые когда-то были к национально-освободительному движению Литвы, Латвии и Эстонии, через 25 лет идея "присоединения" Крыма нашла поддержку у немалой части общества, что меня крайне огорчило.

Социологическое опросы показывали, что эту идею поддерживает много людей. Но как можно поддерживать то, что прямо нарушает международное право и соглашения, заключенные Россией? Сейчас, как я понимаю, количество поддерживающих снизилось. Невозможно постоянно поддерживать градус патриотизма, когда в стране есть масса нерешенных насущных вопросов.

– Недавно российский Следственный комитет предъявил заочные обвинения литовским судьям, выносившим приговор по делу о событиях 13 января 1991 года в Вильнюсе. По-вашему, что за этим стоит? Почему это сделано?

– Думаю, российскому Следственному комитету просто нечем заниматься. Еще немного, и он начнет возбуждать уголовные дела, связанные с периодом татаро-монгольского нашествия. Наверное, и там найдут что-то, заслуживающее уголовного преследования, пусть и посмертно. То они возбуждают дела против руководителей вооруженных сил Украины, то занимаются историческими исследованиями. Но мне неизвестно, чтобы после возбуждения тех же уголовных дел против руководителей украинской армии, защищавших свою страну, происходило что-то дальше. Они защищались против вооруженного мятежа, поднятого при самом активном участии Российской Федерации, ее граждан и военнослужащих. И я не слышал, чтобы эти уголовные дела были переданы в российский суд, предъявлены какие-то доказательства. Но если даже там считаются доказательствами заявления представителей бандитских республик, окопавшихся в Донецке и Луганске, то эти заявления такого качества, что даже российскому суду их не предъявишь.

Так что к возбуждению дела против литовских судей я бы всерьез не относился. Реальных последствий это не принесет, а Следственный комитет отчитается: вот, мы работаем! Недаром же Владимир Путин любит называть распад СССР "величайшей геополитической катастрофой 20 века". И понятно, что симпатии нынешней российской власти всецело на стороне тех, кто в январе 91-го пытался раздавить независимую Литву, Следственный комитет чувствует настроения. Но дальше деклараций дело вряд ли пойдет.

– Мне кажется, страны Балтии – одна из популярных тем в российских СМИ. Публикации бывают не так часто, но тема будоражит российскую аудиторию. Или я неправ?

– Если честно, это не очень будоражит российскую аудиторию.

– А все эти репортажи про марши легионеров СС в Латвии, риторика про фашизм?

– Я отрицательно отношусь к маршам ветеранов СС, к использованию нацистской символики. Этого я не могу одобрить. Я понимаю, что страны Балтии сперва подверглись советской оккупации, потом немецкой, и там есть собственный взгляд на эти события. Но лично я отношусь с возмущением к тому, что открыто проводятся марши в память о тех, кто сотрудничал с немецкой армией или входил в ее состав. Тут наши мнения никогда не совпадут.

– Ну в Литве-то марши не проводятся. Просто для российского телезрителя Латвия и Литва – одно и то же.

– Но и в той же Риге такой марш проводится раз в году, один или два дня российские СМИ это обсуждают, но это не вызывает какого-то серьезного общественного отклика в России. Хотя, повторяю, я против этого. И это, как мне кажется, не улучшает отношения к Латвии у российских граждан.

– По-вашему, каково вообще отношение к странам Балтии в России?

– На мой взгляд, внимание к ним находится на среднем уровне. Руководство России относится с враждебностью к руководству Литвы, Латвии и Эстонии. Но, к счастью, пока ничего не может сделать, потому и отделывается пропагандистскими наездами и дипломатическим хамством. Но я бы не сказал, что тема происходящего в странах Балтии находится именно на переднем крае общественного внимания в России. Бывают отдельные всплески, как в свое время история с бронзовым солдатом в Таллине. На мой взгляд, история была преподана российской пропагандой в искаженном виде. Никто памятник не сносил, его перенесли и установили в более удобном месте, где до сих пор благополучно проходят торжественные и траурные мероприятия.

А вообще, сейчас, как мне кажется, страны Балтии воспринимаются россиянами примерно, как в советские времена. Тогда это была «внутренняя Европа», а сейчас эта "ближняя Европа", наряду с Финляндией. Часто ездят туристы, я и сам бываю.

– Политический диалог между Россией и странами Балтии нередко идет на повышенных тонах: обвинения, упреки в духе «мы бы хотели, но они не хотят». Но есть ли тут какие-то точки согласия, способные менять тон диалога?

– Пока в России будет править Путин, его окружение или продолжатели курса, у меня на это надежд крайне мало. Литва, Латвия и Эстония - пример того, как можно жить без советской империи, как можно построить демократическое общество и добиться успеха без советской империи. Они показали, что можно жить иначе, чем мы живем в России, и, конечно, этот пример вызывает у Кремля ненависть.

Выход есть лишь один: к руководству Россией должны прийти люди, более ориентированные на европейские ценности. Ведь по сути страны Балтии должны быть друзьями и сотрудниками России, это естественно, мы живем по соседству. Но все зависит от того, какой курс, какие ценности избирает российское руководство. Пока я изменений не вижу, а значит, и полноценное доброжелательное сотрудничество пока не представляется возможным.

– Может, думаете о совместных гражданских проектах с литовскими коллегами? Имею в виду и политиков, и прессу.

– Таких планов нет. Какие могут быть проекты, если тебя в России за это сразу объявят иностранным агентом? В условиях нынешней российской политики и нынешнего российского законодательства это невозможно.

– Вы были в Литве на открытии сквера Бориса Немцова. Когда в первый раз побывали тут и как часто приходится ездить? Что для вас вообще – Литва?

– Открытие сквера имени Немцова было официальным мероприятием. Но в том же году летом приезжали на неделю всей семьей, отдохнуть, посмотреть Вильнюс и окрестности. А вообще я в Литву первый раз попал в 1979 году, а в Эстонию, к примеру, еще в 1970-м, когда школьниками ездили на экскурсию. С середины 70-х годов езжу в Ригу. Так что я представляю страны Балтии довольно неплохо.

– Если в России совсем прижмет, думаете ли куда-то перебираться? Может, в Литву?

– Нет. Российский политик может быть политиком только в России. Тема сейчас актуальная, все обсуждают историю с возвращением Алексея Навального. Уехав, политик превращается в эксперта или комментатора, но перестает как-либо влиять на российскую ситуацию. Ну а если в России наступит критическое ухудшение, то подозреваю, что меня и мне подобных попросту не выпустят из страны. Потому рассуждать об отъезде бессмысленно. Я хочу жить в своей стране и все делать для своей страны.

Теперь самые свежие новости о Литве можно прочитать и на Телеграм-канале Ru.Delfi.lt! Подписывайтесь оставайтесь в курсе происходящего!

ru.DELFI.lt

TOP новостей

В Каунасе открыт крупнейший центр вакцинации в Литве (34)

В каунасской ледовой арене открылся центр вакцинации...

Avia Solutions Group называет "охотой на ведьм" блокировку ее инвестиций в Вильнюсе (16)

Группа предприятий авиационных услуг Avia Solutions Group...

В выходные дни в Литве прогнозируют небольшое похолодание

25 февраля в Литве был установлен очередной...