aA
Исламское государство (ИГИЛ), также называемое ДАИШ, вызывает ужас у убежавших от него сирийцев. В этом убедились журналисты DELFI, посетив лагеря беженцев из Сирии в турецком городе Адана.
Не фотографируйте – ДАИШ отрежет мне голову
© DELFI / Artūras Morozovas

Автовокзал в Адане в пятницу после обеда. Вокзал опустевший, пахнет шаурмой. Пассажиры спокойно ожидают автобусы, а торговцы и другие деятели останавливают прохожих, предлагая разные услуги.

В начале года журналист и профессор миротворческой журналистики Стивен Янгблад рассказал о жителях неофициального палаточного городка на автовокзале Аданы. Тогда здесь проживало 250 сирийцев.

По словам Янгблада, в то время в регионе Аданы было 100 000 беженцев. Большая часть – около 90% - остановились в неофициальных лагерях, часть – просто на улицах или в палатках. Одним кажется, что официальные лагеря похожи на тюрьмы, другие просто не могли туда попасть – лагеря были переполнены. Некоторые рассказывали о насилии в официальных лагерях.

Групп беженцев на вокзале не видно. Но мы замечаем людей в заброшенных ангарах. Местные таксисты, хотя и не говорят по-английски, показывают – там живут сирийцы. Рядом с мечетью и вокзалом сформировалось отдельное поселение.

Боятся, что отрежут голову

Сначала мы встретили Абу Ахмана. Мужчина сказал, что приехал из города Рака – города на севере Сирии, ставшем фактической столицей ИГИЛ.

Он охотно показал склад на автовокзале, ставший для него домом, но фотографироваться отказался. «ДАИШ», - сказал Абу Ахман, проводя рукой по шее. Мы поняли – если фотографии увидит ДАИШ, Абу Ахману будет угрожать опасность, когда он вернется в Сирию.

У мужчины нет документов, он живет как бездомный. В Турции он словно не существует. Между тем, Мухаммед из Алеппо сам просил, чтобы его сфотографировали.

Создалось впечатление, что все дни жителей вокзала похожи один на другой: они сидят возле ставших им домом гаражей или складов, смотрят за детьми и наблюдают за тем, что происходит. Правда, некоторые работают и трудоустраивают детей. Один сирийский ребенок в это время как раз мыл автомобиль. Никто не говорил по-английски.

Мусульманские женщины отказывались фотографироваться, но разрешали фотографировать детей. Все они охотно показывали свое жилище – склады, гаражи, палатки. Везде постелены ковры, чисто.

Женщины с детьми выходят на улицы. В Адане не раз приходилось видеть женщин, которые, прикрываясь детьми, просят милостыню прямо на улицах. Семья устраивается на траве между полосами движения у светофора, и, когда автомобили останавливаются на красный свет, к ним подбегают дети.

Один мальчик на престижном бульваре города стал стучать нам в стекло. Когда он увидел, что я обратил внимание на его израненные руки, он стал демонстративно ковырять раны.

Беженцев поселили на военной базе

Хотя в Адане и во всей Турции должно быть много беженцев, приходится их искать: их почти не видно. В Турции действует 23 официальных лагеря, в которых селят мигрантов из Сирии. Один из таких лагерей основан в южной части города. Чтобы попасть туда, нужно специальное разрешение МИД Турции. Строгий порядок не удивляет, когда знаешь, что на этой территории основана база военно-воздушных сил Инджирлик, которой пользуются американские и турецкие ВВС. Отсюда совершаются налеты на ИГИЛ.

Солдат у забора не говорил по-английски, но, посовещавшись с коллегами, пригласил зайти. Нас отвели в кабинет начальника, где вооруженные должностные лица говорили по-английски. Мужчины подтвердили, что мы попали в нужное место – на этой большой военной территории основан лагерь беженцев. Правда, до него еще 15 километров.

Мужчины связались с представителями лагеря беженцев, но они не пустили журналистов из Литвы – для этого необходимо отдельное разрешение, а это длительная процедура. Но турки были гостеприимны, не только угощали чаем, но и пытались найти сирийские семьи, а потом посоветовали поехать в район Енидоган.

Сотрудник полиции сказал, что, хотя сирийцы нередко просят милостыню, больших проблем они не создают. По-английски не говорят, но знают слова Love и Money.

Мы поехали в район Енидоган. Это палаточный городок на окраине города рядом с новой школой и частными домами. Неожиданно мы попали в отдельную республику. Нас тотчас же окружили дети, желающие сфотографироваться. Взрослые приглашали посмотреть, где и как они живут.

Здесь тоже никто не говорит по-английски. «I love you» и «Money, money» («Я люблю тебя» и «Деньги») – эти слова мы слышали наиболее часто. Их повторяли босоногие дети и девушки-подростки. Но дети не выглядят голодными – живые, счастливые, едят мандарины и чипсы. Наверное, только позже, когда подрастут, на какую жизнь они обречены, не посещая школу.

Создалось впечатление, что в таких гетто остались наиболее уязвимые лица. Более образованные или состоятельные сирийцы, скорее всего, давно достигли Европы, или живут в официальных лагерях в Турции, где обеспечены всем необходимым. Правда, в этом неофициальном лагере у людей есть возможность помыться и пользоваться туалетом: оборудованы специальные вагончики.

С наступлением темноты зажглись костры – жители готовили ужин. Беженцы рубили дрова, разжигали костры и показывали, что по ночам бывает холодно.

Теперь самые свежие новости о Литве можно прочитать и на Телеграм-канале Ru.Delfi.lt! Подписывайтесь оставайтесь в курсе происходящего!

ru.DELFI.lt
Строго запрещено копировать и распространять информацию, представленную на DELFI.lt, в электронных и традиционных СМИ в любом виде без официального разрешения, а если разрешение получено, необходимо указать источник – Delfi.

TOP новостей

Нужен ли "паспорт возможностей": эксперты предлагают пересмотреть вопрос в корне (23)

Президент и правящие в Литве не могут договориться о...

Еще один район Литвы отзывает массовые мероприятия (2)

В связи с ухудшением эпидемиологической ситуации и...

Парламентарии стран Балтии и Польши призывают НАТО не уступать требованиям России (136)

Парламентарии трех Балтийских стран и Польши призывают...