aA
Имя Умберто Эко, великого итальянского писателя, историка, мэтра европейской словесности и гуманитарного знания XX-XXI вв. (так, видимо, скоро будут писать в учебниках), коллекционера старинных книг и философа, останется в веках. Его уход означает конец целой эпохи - прекрасной эпохи интеллектуального универсализма, взявшего на вооружение весь арсенал философской и научной мысли ХХ века.
Umberto Eco
Umberto Eco
© Vida Press

Имя Эко давно стало знаковым (нечаянный двойной каламбур, ведь Эко — и один из основателей науки о знаках, и автор культового для интеллектуалов романа "Имя розы"). Для писателей, работающих в жанре, условно говоря, исторического романа (плутовского, авантюрного) уровень Умберто Эко — это с одной стороны, недостижимый идеал, но с другой — некий ориентир, к которому следует стремиться. Примерно такую же роль играет Толкин для авторов фэнтэзи. И Эко, и Толкин — пример редкого и счастливого стечения обстоятельств, когда серьезный ученый, специалист в области словесности, истории и других гуманитарных наук, обнаруживает в себе писателя (ну, так, просто "для себя") и решает создать художественное произведение (так миру явились "Хоббит" и "Имя розы"). Фокус в том, что большинство ученых — никудышные писатели, а большинство писателей — посредственные ученые.

Писатель может засесть в пыльных библиотеках, перелопатить гору исторических материалов, внушить себе, что за год, например, он "вжился в тему" и т.д., но он все равно останется дилетантом. Умберто Эко посвятил медиевистике, семиотике и истории искусства и коллекционирования всю жизнь, и в результате мы читаем книги, назвать которые просто историческими или философскими романами никак нельзя. "Имя Розы", "Маятник Фуко", "Остров накануне", "Баудолино", "Пражское кладбище" — это, скорее, удивительные, грандиозные реконструкции синхронных срезов определенной исторической эпохи.

Читатель романов Эко буквально проваливается в прошлое. И тут очень многое зависит от переводчика. Невозможно себе представить, чтобы переводчиком художественных произведений Эко был кто-то другой, а не Елена Костюкович (а живет она в Италии и преподает теорию и практику художественного перевода в Миланском университете). Это все равно, как если бы некто взялся переводить на русский язык Воннегута после Райт-Ковалевой. Работу Костюкович можно назвать титанической и исключительно успешной.

Оглядываясь назад и предлагая читателям ретроспективу рецензий на книги Умберто Эко, выходившие на русском языке, хочется вспомнить книгу, которой нет в этом списке, но между тем, это первый и главный роман Эко, написанный им в возрасте 48 лет - "Имя розы". Это роман многоуровневый, его можно читать как детектив, как исторический роман, как лекцию об истории ересей, но есть в нем красные нити, которые были намечены, обозначены и протянуты в нем автором, вшиты в ткань повествования – нити, пронизавшие в будущем все творчество Умберто Эко и, стало быть, волнующие его более всего.

История смеха. Глупость как движущая сила развития общества. Роль выдумки, человеческой фантазии, вранья в истории цивилизации. Догма и ересь в жизни человека. Символы и знаки как инструменты восприятия мира и камни, из которых выстроены замки, храмы, закрома человеческой культуры.
Эти нити стали для нас, читателей нитями Ариадны во всех последующих путешествиях по художественным мирам Умберто Эко: в романах "Маятник Фуко", "Остров накануне", "Баудолино", "Таинственное пламя царицы Лоаны", "Пражское кладбище", в книгах по истории культуры "История красоты", "История уродства", "Vertigo", "История иллюзий", "Эволюция средневековой эстетики", "Не надейтесь избавиться от книг", а также в блестящей эссеистике сборников "Картонки Минервы" и "Полный назад!".

Сейчас, после осознания ухода Умберто Эко, последнего великого интеллектуала ХХ века, бродя бесцельно по пустынным улицам современной словесности, все время задаю себе вопрос: а что для меня значит вызвавшая много споров финальная фраза романа "Имя розы": "Stat rosa pristine nomine, nomina nuda tenemus" ("Роза при имени прежнем, с нагими мы впредь именами" - в переводе Е. Костюкович)? Я не нахожу точного ответа, все время сомневаюсь, но внутри я знаю, что это значит. Хотя имена, знаки – это всего лишь отражения истины. От розы увядшей остается лишь имя ее. От ушедших - имя их. Имя розы – вечная память.

Теперь самые свежие новости о Литве можно прочитать и на Телеграм-канале Ru.Delfi.lt! Подписывайтесь оставайтесь в курсе происходящего!

rus.DELFI.lv