Каково это – быть учителем физкультуры в литовской школе и одновременно преподавать русский язык и литературу? В рамках спецпроекта DELFI "Шестой урок" мы встретились с преподавателем Томасом Домаркасом, который поделился с нами своей историей жизни – рассказал о детстве, проведенном в Санкт-Петербурге, "лихих 90-х", тренерской карьере, отношениях с современными подростками и своих взглядах на то, как государство должно помогать образованию.

Наш герой встретил нас в спортзале, показав свой личный просторный кабинет физрука, чем могут похвастаться далеко не все школы в стране. Томас Домаркас уже многие годы работает учителем физкультуры в одном из старейших образовательных учреждений Литвы – каунасской гимназии имени Йонаса Яблонскиса. Сегодня обновленные помещения школы украшают портреты именитых воспитанников – президента Валдаса Адамкуса, баскетболиста Шарунаса Ясикявичюса, многочисленных политиков, дипломатов и публицистов. Когда мы встретились с Томасом, классы и залы были уже пусты, так как школа готовилась к экзаменам, свободен был и спортзал, в котором мы и решили провести это интервью.

Послушать статью: "Провожу зарядки на русском языке, а позже мы ее детально разбираем с лингвистической точки зрения"

Подкаст на нашем Youtube-канале:

После 1990 года все изменилось

Томас Домаркас не очень любит рассказывать о личной жизни. Сам он родился еще в советском Ленинграде, где прошло его отрочество и юность, в начале 80-х он вернулся в Литву, уже четко зная, чем он планирует заняться в жизни, однако распад Советского Союза и восстановление независимости все изменило – жизнь потекла совершенно по-иному.

"В 16 лет я вернулся в Каунас – сейчас даже тяжело вспомнить, какой это был год. То ли 79-й, то ли 80-й, но точно помню, что это было еще до провозглашения независимости. Уже, живя в Литве, я ушел в армию, отслужил в далеком Омске, а когда вернулся, решил поступить в Институт физкультуры. Тогда при Горбачеве была особенная специальность – что-то вроде специалиста по начальной военной и физической подготовке. В то время руководство СССР хотело обновить состав военруков. Когда я был на 4-м курсе, Литва объявила о своей независимости, и наша специальность как таковая отпала. По сути, я должен был получить звание лейтенанта, но в итоге так и не получил", - рассказывает он.

По его словам, изначально он вообще не думал о том, чтобы идти работать в школу, тем более учителем физкультуры.

"В школе я начал работать не сразу, тогда были такие мутные времена, когда одни быстро нашли себе занятие, а другие пребывали в ступоре, не зная, что делать... Я не связывал свою судьбу с учительской профессией, но понял, что мне лучше всего было держаться спортивной сферы. Поскольку я отлично плавал, еще со второго класса имел разряд, активно занимался футболом и еще в Ленинграде играл за детскую и юношескую команды "Зенита", проще говоря, был хорошо физически развит, то при выборе института решил, что это в этом направлении мне будет максимально комфортно", - говорит Томас.

Он признается, что в школу попал почти случайно и во многом эти жизненные перипетии связаны с уже бывшим директором гимназии имени Й. Яблонскиса Витаутасом Гилисом, который тоже, по специальности, был учителем физкультуры.


"Руководитель кафедры плавания Института физкультуры предложила мне набрать группу детей, только для этого нужно было выбрать школу, и я обратился к директору этой гимназии, которая находилась неподалеку. Тогда школой руководил Витаутас Гилис, который сам был физруком, в прошлом известным волейболистом, успевшим поиграть и за сборную, и поработать тренером. Я спросил его, можно ли набрать у них в школе детей, чтобы обучать плаванию – он радушно согласился. Это были 1998-1999 годы. Детей мы тренировали бесплатно, так как получили грант по европейской программе "Я умею плавать". По сути, это и стало началом моей педагогической карьеры, а немногим позже директор предложил мне устроиться к ним на работу учителем физкультуры – с тех пор я здесь и не жалею об этом", - рассказывает Томас.

"На работу, как на праздник"

По словам каунасского учителя, лишь со временем он осознал, что педагогика – это то, что ему действительно интересно. Если изначально он относился к работе в школе проще – без особого пиетета, то с годами мышление поменялось.

"Сейчас я осознаю, что все время иду на работу, как на праздник. У меня нет проблем для того, чтобы встать утром или сокрушаться, как это делают многие, о том, что снова нужно идти в пыльный офис и заниматься тем, что не приносит тебе удовлетворения. Я рад, что иду на работу, поскольку она удивительная и многообразная. Каждый ребенок, которому ты преподаешь – это личность, все дети абсолютно разные. И здесь нельзя говорить, что ты их учишь, так как, по сути, ты сам многому от них учишься и много получаешь. На мой взгляд, ребенок – это зеркало родителей", - рассказывает он о своем отношении к учительству.

На вопрос о том, легко ли сегодня преподавать такую дисциплину как физкультура, когда отношение к этому предмету сильно поменялось, а в школах ему не придают того серьезного значения, как было раньше, Томас Домарскис отвечает, что в большинстве случаев все зависит от учителя, но считает, что действующая система обучения несовершенна.

"К нам в гимназию приходят дети из совершенно разных школ, в том числе и тех школ, что находятся в других городах. Сложно говорить о том, улучшилось отношение к физкультуре или ухудшилось - здесь нужно знать, какие специалисты готовили учащихся до 9-го класса, так как у нас учатся дети только с 9 по 12 класс. Поскольку теперь школы разделены, то нет четкого скелета системы подготовки подростков, где было бы понятно, что нужно делать в первом классе, к чему нужно перейти в пятом... Когда мы вели детей, начиная с пятого класса вплоть до окончания школы, была четкая методика, мы могли комплексно следить за их физическим развитием и совершенствованием. По крайней мере, я работал так, а сейчас такой возможности нет, поскольку мы обучаем учеников только три года. Научить детей чему-то новому и сложному в 9-м классе уже значительно сложнее, нежели в условном 5-м. В результате всего этого задания на физкультуре значительно упрощаются", - считает Томас.

Отношение к физкультуре – меняется

Говоря о статусе предмета, Томас Домаркас признает, что очень многое зависит от позиции руководства школы, и от властей, так как они формируют тренды и само видение всей системы обучения.

"Учитель – это призвание, но очень многое зависит от администрации школы, поэтому, если руководство относится к предмету серьезно и положительно, то все проходит хорошо – нет никакого разброда, а если относится легкомысленно, то начинаются проблемы. У нас к физкультуре относятся абсолютно так же, как к условной математике или литовскому языку, - утверждает наш собеседник. – Кстати, накануне вышло постановление, в котором говорится, что у 6-х классов в новом учебном году будет уже три урока физкультуры в неделю – это официальное решение. Позже такой же порядок дойдет и до старших классов, значит, позиция государства по отношению к нашему предмету и сам подход к обучению меняется. Школьное образование должно быть гармоничным и развиваться по примеру античности, где придавали высокое значение развитию и умственных, и физических способностей. Кроме того, вы знаете, что с недавнего времени наше образовательное ведомство сменило название и теперь официально называется – министерством образования, науки и спорта, что тоже свидетельствует о позитиве", - говорит Томас, подчеркивая, что в ряде европейских стран уроки физкультуры проводятся каждый день.

Все мы когда-то были детьми

Рассуждая об отношении с современными подростками и о том, тяжело ли работать с детьми нового поколения, которые, как нередко жалуются многие педагоги, существенно отличаются от тех, что учились в школах 10-20 лет назад, Томас утверждает, что сложные отношения ученика с учителем – это проблема последнего. Завоевание авторитета, нормальное общение с ребенком зависят от преподавателя. Последний не должен навязывать учащимся свою философию и свои взгляды на жизнь.

"Когда студенты проходят у меня педагогическую практику, то я всегда всем говорю так: если вы не вспомните то, как вы вели себя, будучи подростками, то вы не сможете работать в школе и быть педагогом. Когда мы сердимся на детей, я всегда ставлю себя на место ребенка и сразу думаю – Господи, так это же абсолютно спокойный ученик, если сравнить его поведение с моим в школьные годы... На детей никогда не нужно смотреть свысока и выстраивать диалог с ними подобным образом. Например, я организовываю разнообразные спортивные проекты, стараюсь заинтересовать детей спортом. Ежегодно, по моей инициативе, мы проводим большое футбольное соревнование, в котором участвуют все гимназии Каунасского округа вместе с Каунасской окружной федерацией футбола. Мои ученики активно вовлечены во все процессы", - поведал Томас о своих подходах к обучению.

Физрук, преподающий русский – обычное дело

Совсем недавно в карьере Томаса Домаркас произошли серьезные изменения – он получил диплом педагога по русскому языку и литературе и теперь сможет преподавать эту дисциплину наравне с физкультурой. Сказать, что это диковинный для Литвы случай – не сказать ничего. Преподаватели физкультуры вообще крайне редко ведут другие предметы, а наш герой – дипломированный филолог, еще и русист. Поскольку эта тема стоит особняком, мы решили представить ее в формате отдельного прямого интервью.

- Томас, расскажите, почему у вас появилось желание преподавать именно русский язык и где вы его изучали?

- Сегодня все стараются ориентироваться на английский, но у меня был русский школьный аттестат, что тоже сыграло свою роль. Если я что-то решил, то начинаю действовать быстро и просто. Все началось с того, что я позвонил в наш Вильнюсский университет, на кафедре русской филологии ко мне отнеслись очень доброжелательно...

- Каково это – вновь стать студентом, когда тебе уже далеко за 40?

- Это вызов, но я к таким привык. После того, как я получил бакалавра, в 2010 году, например, я стал магистром эдукологии, поэтому сейчас мне нужно было только получить квалификацию предметника. Не скрою, что перед этим я ходил на уроки по русскому языку – в нашей школе сейчас работают два учителя по русскому, у них есть группы. Практику я проходил у нас в гимназии, справлялся с ней хорошо. Конечно, в таком возрасте снова пойти учиться довольно сложно, но так как я с детства дружил с русской литературой и много читал, это было не так сложно.

- Правду ли говорят, что вы как-то по-особенному подходите к ведению уроков?

- Я люблю русский язык и воспринимаю свое отношение к нему в качестве принадлежности к большой культуре, поэтому детям я доношу его богатство не только с классической академической точки зрения, но и рассказывая о фольклоре, народном искусстве – я посвящал один из своих уроков, например, рассказу о матрешках... Также я делаю интегрированные уроки – провожу зарядки на русском языке, а позже мы ее детально разбираем с лингвистической точки зрения.

- Расскажите, существует ли запрос на изучение русского в современных литовских школах, особенно, когда речь идет о Каунасе – моноэтничном городе.

- Любой учитель, какой бы язык он не преподавал и где бы он его не преподавал, должен подходить к этому вопросу, основываясь на популяризации культуры и истории, концентрируясь на каких-то хороших моментах. Ребенка нужно заинтересовать, ему не нужно много объяснять, а лучше давать небольшие мотивирующие задания, заставляющие проявлять живой интерес. В этом случае успех обеспечен.

Новая школьная реформа – ошибка

В декабре 2018 года власти Литвы приняли новую школьную реформу, изменив порядок начисления зарплат – тогда в Минобразования утверждали, что после нововведений доходы учителей в среднем увеличились на 14%, но результатом пертурбаций стали многотысячные акции протеста и забастовки педагогов в крупных городах страны. Учителя утверждали, что работы у них стало больше, а зарплаты остались на том же уровне, а у некоторых стали даже меньше. Томас Домаркас поддерживает эту точку зрения.

"Я всегда за учителей. Наша школа поддерживала митингующих, мы участвовали в акциях протеста, но уроки не отменяли и не бастовали. Хотелось бы, чтобы этот вопрос разрешился, потому что учителям очень тяжело. Реформа не удалась вообще, и я почувствовал это на себе. Работы стало больше, сама суть уроков отошла на второй план, а требование отрабатывать так называемые часы за общественную работу могут выполнить далеко не все. Например, я очень много участвую в различных соревнованиях, занимаюсь подготовкой детей, но это не подпадает под определение общественная работа... Если бы у нас сохранилась прежняя система, то сейчас моя зарплата была бы выше, нежели сейчас. Хотелось бы не существовать, а чтобы всего хватало", - говорит он.

По его словам, реформы образования длятся годами, правящие партии и министры регулярно меняются, инициируют что-то новое, когда школы не успевают привыкнуть к предыдущим порядкам. Образовательные учреждения очень чувствительно реагируют на перемены, а для того, чтобы свыкнуться с новой системой нужно минимум пять лет, но из-за постоянных пертурбаций, которые далеко не всегда обоснованы, ухудшается качество обучения.

Подкаст: как спасти баскетбол на скользком полу?

Школа – лучшее место для инвестиций

"Отношение к образованию в Литве нужно менять в целом. Недавно я смотрел выступление канцлера Германии Ангелы Меркель, где ей задали вопрос, почему немецкие учителя получают такие большие зарплаты на фоне других престижных специалистов, и она ответила следующим образом: "Я не могу платить тем людям, которые вас учили, меньше, чем плачу вам". Эта прекрасная позиция! Наши учителя тоже должны постоянно вкладывать в свое образование, менять отношение к преподаванию, так как времена изменились и технологический прогресс диктует свои условия, но меняться в сегодняшних условиях крайне сложно", - констатировал Томас Домаркас.

Он утверждает, что именно школа должна стать ключевым местом для инвестиций со стороны государства.

"Инвестиция в школу окупится в сто раз! Вся культура нации формируется и идет от учителей и педагогов, которые влияют на становление личности ребенка. Все проблемы лежат в этой плоскости. Недавние митинги помогли понять главное – общество продемонстрировало солидарность и понимание, значит, мы не одни. Люди нас поняли, услышали и поддержали", - подытожил наш собеседник.


ru.DELFI.lt
2