Июль 1985 года. На экраны советских кинотеатров вышла картина Александра Захарова "Человек-невидимка" по одноименному роману Герберта Уэллса. Фильм имел большой успех среди зрителей, ведь в таком жанре подобных работ в советском кинематографе еще не было.

В главных ролях были заняты известные актеры Андрей Харитонов, Ромуальдас Раманаускас, Леонид Куравлев, Наталья Данилова и другие.

Многие улицы Каунаса и Вильнюса должны были убедить зрителя, что действие происходит в Англии, а роль героя-злодея играл известный литовский актер Ромуальдас Раманаускас.

О том, где и как проходили съемки фильма - следующая статья и видео проекта "Литва. Вильнюс. Цитаты".

"Теперь, насмотревшись американских фильмов, понимаешь, что "Человек-невидимка" - просто кукольный театр. Но фильм вышел в пик застоя. Мне рассказывали ребята, в детстве они пешком ходили в соседнюю деревню каждый день, чтобы его посмотреть", - вспоминал в одном из интервью актер Андрей Харитонов, который сыграл главную роль в этой картине.

Экранизация истории трагичной судьбы молодого и талантливого, но непонятного современникам ученого Гриффина оказалась на втором месте после фильма "Пришла и говорю" с участием звезды советской, а ныне российской эстрады Аллы Пугачевой и уже в течение первого месяца проката собрала миллионы зрителей.

Все уличные эпизоды были сняты в Литве, большей частью в Каунасе, но есть и кадры из Вильнюса. Занятый в одной из главных ролей (Кемп, старый друг Гриффина) литовский актер Ромуальдас Раманаускас рассказывает, что для актеров фильм был больше мучением, чем радостью. Основная его часть снималась в павильонах "Мосфильма", что отнимало много времени. Сам же фильм Раманускас называет поверхностным, поскольку большей частью данная картина была, скорее, советским ответом "Голливуду", и акцент ставился на эффектах, в то время как мысль автора известных научно-фантастических произведений Герберта Уэллса намного глубже.

"Был бы это "Гамлет" Козинцева, было бы что восстанавливать. А это — однодневка, что тут говорить, - вспоминает Раманаускас. - Первые съемки в Вильнюсе были на Пасху, а заканчивали мы уже поздней осенью. Для односерийного фильма это было очень много".

Фильм снят уже довольно давно, и современный зритель вряд ли будет напуган довольно забавными для него трюками, однако в суровое время развитого соцреализма кадры из "Человека-невидимки" выглядели убедительно. В появлении этой работы режиссера Андрея Захарова был чуть ли не политический акцент: мы тоже можем так сделать.

"По слухам в Москве, съемки этого фильма были чуть ли не задачей показать перед зарубежной аудиторией, что мы (СССР - DELFI) тоже можем так снимать и делать хороший фантастический фильм по классическому Герберту Уэллсу. Были брошены довольно большие деньги на это и говорили, что для фильма горит зеленый свет. Поэтому сроки варьировались и нас, занятых в фильме, долго мучили", - делится воспоминаниями литовский актер.

"Однако, тем, кто разбирается в технике, понятно, что середине восьмидесятых годов еще ничего не было, никакого интернета и все эффекты были кустарными. А в Литве снимали натуру: улицы, антураж под "старую добрую Англию". Все остальное доделывали в Москве", - добавил Раманаускас.

Снимали в основном в Каунасе (проходы, улочки), но съемочная группа работала также и в ряде мест Вильнюса, все остальное было сделано в павильонах.

"В Вильнюсе было 2-3 места, снимали всего пару дней. У кладбища Расу, в особняке, где сейчас находится Институт литовской литературы и фольклора, где жил мой герой Кэмп. Это был популярный особняк, который использовали не только в этом, но и в других фильмах. У него мы снимали одну или полсмены. И еще были отдельные проходы в Вильнюсе. В целом же все снимали в Каунасе", - говорит Раманаускас.

В Каунасе снимали и заключительную сцену, где человек-невидимка становится видимым и погибает. "В Каунасе была самая ударная экспедиционная площадка", - комментирует Раманаускас работу над фильмом во временной столице Литвы.

"Литва. Вильнюс. Цитаты": трюки, мучения и успех "Человека-невидимки"
© DELFI / Rinatas Chairulinas

Он вспоминает, что несколько лет назад на Каунасском международном кинофестивале был перформанс, в ходе которого восстанавливали кадры этого фильма. Тогда его участники специально нашли поляну, где снимали заключительную сцену, где стояли палатки, эстрада, аттракционы, когда город веселится.

"Фильм довольно густой и, на мой взгляд, для подростков он, может быть, и годился. Но в общем он получился легковесный, без классической атмосферы. Получилось поверхностное приключение", - делится мнением актер.

Тем не менее, вспоминая о трюках, актер говорит - тогда для советского кинематографа такие картины были не совсем привычным делом: "В Вильнюсе снимали как при входе дверь сама открывается. Много времени занимали съемки самого трюка, а не игра актеров. К дверной ручке привязывали нить, кто-то ее тянул и т.д. Принцип кукольного театра. Висящий в воздухе пистолет — еще один вид работы осветителей".

Кроме прочего, Раманаускас вспоминает: оператор был хорошим (тот же, что у фильма-катастрофы "Экипаж"), музыка - хорошая, снимались популярные актеры: (Харитонов был на волне популярности, Наташа Данилова была из Большого драматического театра). Нашлось место и для актеров из Балтийских стран (прибалтов), как обычно — роли шпионов либо негодяев, вроде нацистов.

Это было уже сложившейся традицией, о чем Раманаускас вместе с эстонцами однажды снял отдельный фильм. Штамп в отношении балтийских актеров вызывал, по словам Раманаускаса, легкое удивление.

"Мы наивно верили, что нужно расширять свое амплуа. После моего самого популярного фильма "Долгая дорога в дюнах" я даже боролся с этим. Иногда вместо отрицательного, хотел играть "розового" героя. Надоело пакостить, даже появилось такое амплуа: симпатичный, но негодяй. Это была своего рода судьба, особенно для балтийских мужчин-актеров", - признается он.

И вот, его герой Кэмп скатывается практически до положения негодяя, который хочет решать судьбы мира. "С замашками фюрера", - уточнил Раманаускас, а в целом отметил подбор хорошей команды.

"Лично для меня фильм получился никакой, а процесс съемок был очень мучительным, мы тогда во многом были первопроходцами. Нужно было много терпения, я себя проклинал, что полез в этот фильм. Все лето я провел в Москве на "Мосфильме". Кто знает Москву летом - поймет", - уверен актер.

Большей частью Раманаускас сидел в одиночестве в павильонах и ждал. "В то время как Харитонов отдыхал где-то в Ялте", - смеется он.

"Так что никакого удовольствия от съемок не было, только раздражение. Спасало только то, что это по классике, не бытовой фильм о мучениях передовика у станка. Утешало и то, что команда была хорошая, студия "Мосфильм", - иронизирует он.

Раманаускас говорит, что и в советские времена редко, но удавалось выезжать за рубеж. "Плюс мы смотрели польское телевидение, так что у нас было неплохое информационное окно. У польского и эстонского телевидения был неплохой бытовой уровень. Мы были не такие уж наивные, мы все это видели, только меньшими количествами, и могли сравнивать", - заметил актер.

"Конечно, мы все время подыгрывали под западный городок, курорт, западные машины. Все это было немножко наивно, но не в этом проблема. Самое главное, что в этом фильме было мало настоящей жизни, больше поверхностного рисунка, приключений. Самое главное — получился трюк, а не то, что за ним стоит. Не одиночество человека, когда гениальный создатель вдруг делает мировое открытие. Такого не было, а была сказка, перенесенная в XIX век".

В заключение беседы, которая проходила в его небольшой квартире старенькой пятиэтажной хрущевки в Вильнюсе, популярный и узнаваемый в своей время на улицах советских городов Раманаускас вспомнил свое удивление, когда кассовые сборы "Человека-невидимки" оказались огромными, да и фильм нравился подросткам.


ru.DELFI.lt
9