×

18 комментарии

Чтобы оставить комментарий пожалуйста
Зарегистрированные комментарии:
Анонимные комментарии:
Добавить комментар...
Чтобы оставить комментарий пожалуйста
Зарегистрированные комментарии:
Анонимные комментарии:
Добавить комментар...

ПостБалтика. "Машина угодила в пространственно-временной портал" – как Прибалтика отбросила приставку "при"

01. Августа 2017 , Владислав Моисеев, журналист (Россия), Артурас Морозовас, фотограф (Литва)
© DELFI / Artūras Morozovas

Это последний материал проекта российско журналиста Владислава Моисеева и литовского фотографа Артураса Морозоваса. Спасибо, что были с нами.

Каунас, 5 утра. Я вышел из гостиницы покурить. На крыльце стоял администратор — молодой светловолосый парень в пиджаке. За всё путешествие по Балтийским странам он оказался одним из немногих, кто совершенно не говорил по-русски и был удивительно далек от этого дискурса. Мы разговорились, он начал расспрашивать, о чём я пишу. Я рассказал ему о внешнеполитических проблемах, исторических травмах, напряженной двусторонней риторике. Он, конечно, был в курсе всего этого, но воспринимал как совершенно иной, параллельный мир. Его интересовала учеба, ценные бумаги и Forex, а политиканство и взаимные упреки вызывали только скептическую усмешку. Он говорил об этом с интересом энтомолога, разглядывавшего редкую засушенную бабочку.

После того, как мы обсудили проблемы постколониального мира, правый поворот и конвульсии имперского мышления, повисла пауза. А потом он спросил:

— И когда весь этот ад закончится?

— Не знаю. Наверное, стоит надеяться только на поколенческую динамику? — ответил я.

— Ну, то есть подождать, пока люди с Холодной войной в голове просто умрут?

— Получается, что да.

Разговор получился странный. Сначала я не придал ему значения, но по мере того, как мы проезжали город за городом, страну за страной, становилось ясно, что в нём было что-то важное. Потому что все сюжеты этого проекта находились на каком-то временном, культурологическом и философском разломе. Но что по обе стороны этой разграничительной черты — вопрос, на который предстояло ответить.

Как всё это понять? Достаточно просто сесть в машину, запастись терпением и ехать, пока глаза не начнут кровоточить от дорожной ряби. Это будет очень странное путешествие, в котором встретятся призраки чудовищного прошлого, осколки мертворожденных социальных проектов и побочные эффекты утопий. Руины и памятники, обрывки фраз, слова, выведенные баллоном на стенах домов, названия блюд, песни, газеты и телепередачи — всё это впитало запах железа и крови, а потом разлетелось на все четыре стороны, как капельки ртути из разбитого градусника.

Где-то у восточной границы Латвии мы сделали остановку в крохотном селе. Это были несколько натыканных в произвольном порядке частных домов и многоквартирная панельная развалюха.

ПостБалтика. "Машина угодила в пространственно-временной портал" – как Прибалтика отбросила приставку "при"
© DELFI / Artūras Morozovas

Во дворах мужчины рубили дрова, а женщины складывали их в поленницы. Прислонившись спиной к сараю, на скамейке отдыхала старушка. Я думал, такие уже давно исчезли с лица Земли: она была абсолютно каноническая, каких едва ли встретишь где-нибудь в сибирской глуши. В пальто из тех времён, когда Хрущёв был ещё ничего; с платочком на голове; с авоськой и тростью, с каким-то удивительным и совершенно неповторимым советским прищуром, который можно увидеть разве что в кино времён ранней оттепели.

Она задумчиво смотрела в центр небольшого пруда, пока мы не активировали её каким-то глупым вопросом. И тут на нас пролилась обильная, скоропалительная и неостановимая русская речь с вкраплениями странных слов и звуков, понятных ей одной. Пожилая женщина за две минуты рассказала о своей жизни всё: как не хватает пенсии даже на еду; как отсюда поуезжали все, кто мог, а ведь когда-то был такой совхоз; как подружки заставили её идти голосовать, хоть она всему этому не верит и не видит никакого смысла, но главу избрали нового и симпатичного. Меня не оставляло чувство, что я всё это где-то уже слышал, лет пятнадцать назад в какой-то полузаброшенной деревне.

Это было правда поразительно, но старушка практически не говорила на латышском и словно бы осталась в каком-то другом мире и времени, когда всё было немного лучше — люди дружнее, продукты вкуснее, подруги моложе. Она была живым артефактом давно исчезнувшей реальности, как и то село, в котором мы её встретили. И это далеко не единичная история. Восточные границы Латвии и Литвы наводят на странные мысли, что еще каких-то пятьдесят лет, и эти территории вконец опустеют, их придется переоткрывать, осваивать и заселять заново. А пока что они остаются незамеченными и забытыми. И когда общественно-политическая дискуссия заходит о судьбе этих мест, их смысле и значении, стоит понимать, что это не только другая культура, но и другая эпоха.

ПостБалтика. "Машина угодила в пространственно-временной портал" – как Прибалтика отбросила приставку "при"
© DELFI / Artūras Morozovas

Наша пожилая собеседница напоследок посоветовала обязательно посетить магазин и кладбище — главные достопримечательности этого местечка. Магазин оказался вполне заурядным и провинциальным, но кладбище действительно заслуживало внимания. Очевидно, надгробий закон о статусе латышского языка не коснулся, и большинство могильных надписей оказались на русском. Это кладбище было в идеальном состоянии, словно за ним целенаправленно ухаживали каждый день. И судя по количеству пожилых сельчан, которые в середине рабочего дня срезали траву, подметали и чистили погост, примерно так дела обычно и обстоят. Местные рассказали, что в эти земли давным-давно бежали староверы, и в Латгалии можно встретить много их захоронений, сохранились даже некоторые старинные дома, в которых живут потомки беглецов.

ПостБалтика. "Машина угодила в пространственно-временной портал" – как Прибалтика отбросила приставку "при"
© DELFI / Artūras Morozovas

***

Буквально несколько часов монотонной дороги по северному направлению и пустеющие латвийские земли сменяются на что-то принципиально другое. Оказавшись в тот же день в Тарту, невозможно отделаться от мысли, что машина случайно угодила в пространственно-временной портал и выехала в иную реальность. Здесь совсем другие проблемы, другие чувства и эмоции.

Атмосфера высокой интеллектуальной культуры делает это место особенным, оно притягивает лучшую молодежь, и здесь вовсе не чувствуется отток населения и мифическое "старение Прибалтики", о котором так любят писать российские медиа. Это один из самых живых и пульсирующих балтийских городов.

ПостБалтика. "Машина угодила в пространственно-временной портал" – как Прибалтика отбросила приставку "при"
© DELFI / Artūras Morozovas

Петляя по его улицам, можно очутиться в старой индустриальной постройке, переделанной под андеграундный клуб — там собирается очень странная публика: счастливые, синеволосые, говорящие на разных языках, чудаковатые и начитанные, толерантные и свободные от политической и конъюнктурной зашоренности. Эти люди говорят о феминизме и философии, артхаусном кино, поют что-то несуразное под властью гениального эстонского стаута. Перед ними выступают чудаковатые музыканты, которых вряд ли бы позвали играть в самый модный клуб для золотой молодежи — мультиинструменталисты с бесконечно длинными медитативными песнями на эстонском, киберготические дивы в кокошниках, авангардные джазмены.

Кажется, что эта среда впитывает всё самое странное и прекрасное, примиряет самое противопоставленное и соединяет это в замысловатый калейдоскоп красок, звуков и идей. Когда оказываешься в центре всего этого, кажется, что именно они — свободные, синеволосые, счастливые — унаследуют этот мир, смогут реализовать каждый лозунг французских студенческих протестов 1968 года и уж точно не будут заниматься всеми теми глупостями, которыми страдали их отцы и деды.

ПостБалтика. "Машина угодила в пространственно-временной портал" – как Прибалтика отбросила приставку "при"
© DELFI / Artūras Morozovas

Это очень странное наложение эпох, культур и мировоззрений — пожалуй, самое большое открытие за всё путешествие по балтийским странам. Я ждал чего-то более гомогенного, идеологически и ментально определенного, но встретил разрозненный пазл, состоящий из деталей, которые не складываются в единую картину. В нее не укладывается одновременно радикализация и примирение, виктимность и покаяние, консерватизм и прогрессивное мышление, восток и запад, советское и европейское. И тем не менее, все эти детальки лежат в одной коробке.

Наш проект не случайно назван "ПостБалтика". Когда я только отправлялся в это путешествие, я думал, что еду в Прибалтику, кто-то в редакции даже хотел назвать эту серию "Прибалты". Но история получилась не про Прибалтику — эта советская химера уже давно покинула наш мир, оставив после себя многочисленные следы. Но это и не история про Европу в её традиционном представлении. И дело не в языке или географии. Чтобы чуть лучше понять, что я имею в виду, придется воспользоваться вполне понятным и общедоступным представлением о модерне и постмодерне.

Когда довлеющая модернистская культурная тенденция ХХ века начала распадаться, интеллектуалы стали искать способ, как описать новое состояние реальности. Она не приобрела самостоятельной субстанциональности и выстроилась на костях модерна. Это было разрозненное, разодранное историей и временем поле бесконечно переплетающихся кодов и символов, способов понимания мира и веры в его основания. Интеллектуалы не нашли ничего лучшего, чем назвать эту химеру постмодерном, а приставка "пост" вскоре начала приклеиваться ко всем кусочкам этой разрозненной реальности, связанной с прошлым состоянием дел в мире, но не получившей принципиально новой формы и качественного содержания. Новая интеллектуальная утопия так и не родилась, но на месте старой выстроился причудливый храм западной культуры из разных более или менее подходящих друг к другу кирпичиков-кодов.

И мне кажется, что это история про Прибалтику, сформировавшуюся в эпоху модернизма, пережившую удивительные метаморфозы и к XXI веку отбросившую приставку "при". Возник ли принципиально новый проект, очередная спасительная утопия? Я думаю, что нет. Умерла ли старая? Определенно, да. Образовалось переходное состояние, трансферная историческая, культурная и метафизическая зона ПостБалтика, амбивалентная, пульсирующая, скроенная из тысячи кусков.

ru.DELFI.lt
18